На основе материалов из книг А.П. Назаретяна "Нелинейное будущее" и Ю.Н. Харари "Сапиенс".
Как показывают независимые расчёты, на протяжении миллиардов лет природа и затем общество развивались по определённым векторам в режиме ускорения, при экстраполяции выходит, что около середины XXI века скорость глобальных изменений должна устремиться к бесконечности.
Означает ли это, что обозримое будущее ознаменуется беспримерным по крутизне переломом в развитии человечества, биосферы и, возможно, космоса? Возможно, но решающим препятствием для этого могут стать не пределы управляемости физического мира, а самоубийственная неготовность разума совладать с растущим инструментальным могуществом.
Ход человеческой истории определили три революции. Началось с когнитивной 70 тысяч лет назад. Аграрная революция, произошедшая 12 тысяч лет назад, ускорила прогресс. Научная революция – ей всего-то 500 лет – сделала жизнь людей комфортнее, многократно увеличила их способность созидать, как в прочем, и разрушать, и способна с историей покончить.
Древние люди умели играть и любить, между ними складывались прочные отношения, они боролись за власть и статус, но так же вели себя и шимпанзе, бабуины, слоны. Люди не отличались от животных. Никто не мог бы предугадать, что их потомки пройдутся по Луне, расщепят атом, разгадают геном. За счёт чего слабый человек обогнал другие виды и стал хозяином на земле?
1. Люди по сравнению с другими животными имеют непропорционально большой мозг.
Больше мозг - больше затраты для тела. Носить нелегко, особенно вместе с массивным черепом. Еще труднее его прокормить. У Homo sapiens 2–3% веса приходится на мозг, но даже в состоянии покоя он потребляет до 25 % всей энергии. Люди дорого платили за него: тратили больше времени на поиски пищи, и у них слабели мышцы. Словно правительство, направляющее деньги на развитие образования, а не армии, люди отнимали энергию у мышц и отдавали ее нейронам, не лучшая стратегия для выживания в саванне. Ученый спор с человеком лев не выиграет, а вот разодрать на части может…
Но чем-то это было выгодно, иначе мозговитые не дали бы еще более мозговитое потомство.
2. Другая уникальная человеческая черта – прямохождение. Поднявшись с четверенек, удобнее обозревать саванну, высматривая добычу или врага. Освободившимися руками можно бросать камни или подавать сигналы сородичам. Чем больше функций привыкли выполнять руки, тем благоприятнее складывалась жизнь их обладателя, в результате человек научился создавать изощренные инструменты и пользоваться ими.
Как всегда, женщинам было тяжелее. Прямохождение сузило бедра, а значит, и родовые пути, в то время как головы младенцев увеличились. Смерть в родах сделалась основной опасностью. Женщины, рожавшие младенцев недоношенными, пока череп еще сравнительно невелик и мягок, имели больше шансов на выживание. Естественный отбор начал поощрять преждевременные роды. На фоне других животных младенцы рождаются «недопеченными». Жеребенок вскоре после рождения готов бежать рысью, а дитя человеческое еще много лет остается беспомощным, зависимым от старших, которые его кормят, защищают и обучают.
Всё это привело к развитию новых социальных свойств и проблем. Одинокая мать не может прокормить и себя и потомство. В деле воспитания требовалась помощь родичей и соседей. Вырастить человека способна только община. Эволюция благоприятствовала тем, кто научился формировать прочные социальные связи. Кроме того, поскольку дети появляются на свет менее развитыми, они в большей степени поддаются воспитанию и социализации, чем детёныши животных. Они выходят из материнского лона подобные глине – только формируй. Можно вырастить ребенка христианином или буддистом, приверженцем капитализма или социализма, войны или мира.
Важный шаг - приручение огня. Он служил надежным источником тепла и света и защитой от хищников.
Научившись готовить на костре, человек смог использовать новые виды продуктов, тратить меньше времени на еду, не нужен стал длинный кишечник. И длинный кишечник, и большой мозг требуют много энергии, а потому организму трудно содержать их обоих. Сократив длину кишечника и снизив потребление энергии, человек получил возможность «отрастить» те огромные мозги, которыми славится Homo sapiens.
Освоение огня создало пропасть между человеком и животными. Они зависят только от своего тела – от крепости мускулов, размера зубов, размаха крыльев, но не умеют управлять силами природы.
Люди получили управляемый и практически неограниченный ресурс. Сила огня не определяется мощью человеческого тела. Слабая женщина способна сжечь лес. Это был первый шаг к созданию атомной бомбы.
Какие ещё причины победоносных успехов сапиенса? Как мы ухитрились столь стремительно подняться? Споры не затихают. И в качестве самого вероятного ответа называют то, что делает возможным саму дискуссию. Homo sapiens покорил мир, потому что обладал таким инструментом, как язык.
Когнитивной революцией называется появление в период между 70 и 30 тысячами лет назад новых способов думать и общаться. В чем особенность обретенного человеком языка, почему с ним мы завоевали мир?
Это не первый язык на Земле. Свой язык есть у каждого вида животных. Даже насекомые, пчелы, муравьи довольно сложным образом общаются, информируя друг друга об источниках пищи. Многие животные общаются с помощью голосовых сигналов. Например, язык мартышек состоит из разнообразных возгласов. Зоологи сумели расшифровать некоторые из них: «Осторожно! Орел!», «Осторожно! Лев!». При первом обезьяны прекращали свои занятия и с тревогой смотрели в небо, при втором поспешно карабкались на деревья. Люди умели издавать более отчетливые звуки, но подобными способностями отличаются и дельфины. Так чем же так необычен наш язык?
Соединяя в различные комбинации небольшое количество звуков, мы можем сочинить неисчерпаемое количество предложений с самыми разными смыслами. Это значит, что мы можем воспринимать, хранить и передавать невероятное количество информации. Мартышка способна предупредить сородичей: «Осторожно! Лев!» – но человек может рассказать, что он видел льва утром возле излучины, лев гнался за зебрами, может уточнить подробности, какими путями подойти к месту, люди могут еще и посоветоваться, не прогнать ли им льва подальше от реки и не продолжить ли охоту на зебр самим.
Важнейшая информация касалась не львов и зебр, а самих людей. Язык, родился и из необходимости посплетничать. Человек – животное общественное. Мы выживаем и размножаемся благодаря постоянному взаимодействию. Людям важнее выяснить, кто в племени кого ненавидит, кто с кем спит, кто надежен, а на кого положиться нельзя.
Количество информации, чтобы разбираться в постоянно меняющихся отношениях растет по экспоненте. В группе из 50 человек насчитывается 1225 индивидуальных связей. Судачить у кого-нибудь за спиной не просто, эта склонность обычно подвергается осуждению, но она чрезвычайно важна для налаживания сотрудничества в больших коллективах. Надежная информация насчет того, кто заслуживает доверия, а кто нет, помогала маленьким группам объединяться в большие, и у людей развивались все более сложные формы сотрудничества.
Теория сплетен может показаться шуткой, но основную часть нашего общения – переписки по электронной почте, звонков, газетных колонок – составляют сплетни. Или вы думаете, что во время обеда историки обсуждают причины Второй мировой войны, а физики спорят о кварках? Чаще они сплетничают о профессоре, который разводится с женой, о ссоре зав. кафедры с деканом и о том, что коллега истратил научный грант на покупку «бумера». Сплетники являются предками четвертой власти – журналистов, которые предостерегают общество от тех или иных опасностей.
Однако, уникальность нашего языка заключается и в способности сообщать о таких вещах, которых мы никогда не видели, не слышали. Люди умеют обсуждать вещи гипотетические и даже противоречащие фактам.
Легенды, мифы, боги, религии. Благодаря когнитивной революции человек научился говорить что-то вроде: «Медведь – дух-хранитель нашего племени». Способность обсуждать вымысел – неотъемлимое свойство языка. Его обоснованно можно назвать и языком вымысла.
Сам факт, что только люди умеют говорить о несуществующем и готовы поверить в невероятное, бесспорен. Вы не уговорите мартышку поделиться с вами бананом, посулив ей сколько угодно бананов после смерти, в раю для мартышек. Но почему так важен вымысел? Ведь он вводит в заблуждение, отвлекает от реальности. Слушать сказки о героях древности, грезить об эльфах и единорогах, молиться несуществующим духам – не напрасная ли потеря времени, не лучше ли потратить драгоценные часы на добывание пищи, борьбу с врагами или совокупление? Разве, забивая себе голову фантазиями, человек не становится менее пригоден для жизни в реальном мире? Но язык вымысла позволил человеку не просто отдаться игре воображения, а делать это коллективно. Мы научились сплетать общую для всех мифологию: библейскую историю творения, сказания австралийских аборигенов о предначальных временах, националистические мифы современных государств. Общая мифология наделила людей способностью к гибкому сотрудничеству в больших коллективах. Муравьи и пчелы тоже сотрудничают огромными коллективами, но они это делают по жестким, раз и навсегда заданным правилам, притом лишь внутри своей «семьи». У шимпанзе сотрудничество строится на гораздо более гибких принципах, однако лишь с небольшим числом близко знакомых сородичей. Мы же способны легко кооперироваться с любым числом незнакомцев. Вот почему миром управляют люди, а муравьи подбирают наши объедки, а шимпанзе сидят в клетках зоопарков и научных лабораторий.
В стае шимпанзе существует иерархия. Главу мы называем альфа-самцом. Остальные выражают ему почтение, кланяясь и бормоча, точь-в-точь как подданные перед монархом. Альфа-самец поддерживает в своем царстве гармонию: если двое его подданных подерутся, он вмешается и прекратит безобразие. За общественно полезную деятельность альфа щедро вознаграждает себя лучшими кусками пищи и не подпускает к своим самкам конкурентов.
Когда два самца вступают в спор за доминирование, каждый формирует в стае группу приспешников обоих полов. Узы между членами коалиции скрепляются ежедневным интимным общением: объятиями, поглаживаниями, выкусыванием блох и т.д. Члены коалиции помогают друг другу в беде. Альфа-самец добивается верховенства благодаря своей более крупной и устойчивой коалиции.
Размер группы, которая может быть управляема одним самцом, ограничен: она функциональна лишь пока все ее члены хорошо знают друг друга. Два шимпанзе, впервые встретившись, никогда не ухаживавшие друг за другом не знают, можно ли доверять этому незнакомцу, стоит ли ему помогать и кто из них рангом выше. По мере того как число особей в группе приближается к критической величине, порядок нарушается, стая распадается, а часть ее членов формирует новую.
В естественных условиях группа шимпанзе насчитывает от 20 до 50 особей. Если она чересчур разрастается возникает нестабильность Исследователи описали затяжные войны между группами и даже явления «геноцида», когда одна группа систематически истребляет членов другой.
Подобным образом была устроена и жизнь древних людей. Социальный инстинкт побуждал заводить дружеские связи и устанавливать иерархию. Однако, как и у шимпанзе, это распространялись только на маленькую группу. Стоило группе слишком разрастись, как социальные связи в ней нарушались и она распадалась. Даже если какая-нибудь плодородная долина могла прокормить 500 человек, они не могли ужиться друг с другом: как бы они договорились, кому быть вожаком, кому где охотиться?
В результате когнитивной революции люди начали объединяться в более крупные и стабильные группы. Значительную роль тут сыграло умение сплетничать. Но и у сплетни есть свои ограничения. Социологические исследования показали, что предел «естественных» размеров группы, которую объединяет сплетня, – около 150 особей. Люди не могут сблизиться более чем со 150 представителями своего вида.
Даже сегодня критический порог для организационной деятельности человека ограничен примерно этим числом. В таких пределах компании, социальные сети, общественные организации и военные подразделения могут действовать на основе близкого знакомства. Нет надобности в формальной иерархии, званиях и правилах поддержания порядка. Рота из 100 человек может отлично функционировать благодаря своим внутренним связям, не нуждаясь во внешней дисциплине. Пользующийся уважением сержант становится «королем», и к нему прислушиваются даже офицеры. Семейный бизнес будет развиваться и процветать без совета директоров, и бухгалтерии.
Но стоит преодолеть порог в 150 человек, и прежние структуры перестанут работать. Невозможно управлять дивизией из тысяч солдат, словно ротой. Успешный семейный бизнес сталкивается с кризисом, когда разрастается и приходится нанимать сторонних сотрудников. Если в этот момент не удается перестроиться, компания разоряется.
Как же людям удалось создать города, в которых жили десятки тысяч людей, империи, которые насчитывали сотни миллионов? Тут-то и пригодился язык вымысла. Огромные массы незнакомых друг с другом людей способны к успешному сотрудничеству, если их объединяет миф.
Любое широкомасштабное человеческое сотрудничество – от современного государства до средневековой церкви, античного города и древнего племени – вырастает из общих мифов, из того, что существует в воображении людей. Два католика, в жизни друг друга не видевшие, могут вместе отправиться в крестовый поход или собирать средства на строительство госпиталя, потому что оба верят, что Бог воплотился в человеке и позволил себя распять, чтобы искупить наши грехи. Государства опираются на национальные мифы. Два незнакомых серба понимают друг друга, поскольку оба верят в общую историю сербского народа,. Корпорации выстраивают собственные экономические мифы. Два незнакомых сотрудника Google эффективно работают вместе, потому что их объединяет вера в материальность компании, ценность акций и покупательную способность доллара. Судебные системы живут за счет единых юридических условностей. Два незнакомых юриста найдут общий язык: оба верят в существование законов, справедливости и прав человека.
Но все это существует лишь внутри нарратива, который люди придумывают и рассказывают друг другу. В реальности нет богов, материальность наций, корпораций, денег, прав человека, законов, и справедливости живет лишь в коллективном воображении людей.
Первобытные племена скрепляли свой социальный строй верой в призраков и духов; они собирались в полнолуние на совместные ритульные пляски вокруг костра. Но мы склонны не замечать, что точно так же устроены наши современные организации. Взять корпоративный мир. Современные бизнесмены и юристы – могущественные шаманы. Вся разница между ними и их древними коллегами сводится к тому, что современные юристы рассказывают куда более странные истории.
Все это стало возможно благодаря развитию языка воображения: с его помощью мы представляем себе и описываем явления, существующие исключительно внутри наших представлений. И человеколев и компания Peugeot сделаны не из атомов, не из живых белков, а из вымысла. За века и тысячелетия люди научились сочинять чрезвычайно сложные сюжеты. В этой сети мифов фикции, подобные Peugeot, не только существуют, но и накапливают неслыханную мощь – они гораздо сильнее целой львиной стаи. Однако вне такой сети их существование невозможно. Если бы все люди утратили способность обсуждать то, чего не существует в реальности, компания Peugeot исчезла бы во мгновение ока, а с ней вместе биржи, религии, государства, деньги и права человека.
Такие явления, которые порождаются мифами и иными сюжетами, именуются «фикциями», «социальными конструктами» или «воображаемыми реальностями». Воображаемая реальность – вовсе не ложь. Солгать – значит сказать, что у реки рыщит лев, когда на самом деле ты знаешь, что его там нет. Сама по себе ложь – даже не привилегия людей. Мартышки тоже лгут: они испускают клич, предупреждающий о приближении льва, когда никакого льва нет и в помине. Отпугнув таким образом сородича, только-только подобравшегося к банану, лжец завладевает лакомством.
В отличие от лжи, воображаемая реальность есть то, во что верят все, и пока эта общая вера сохраняется, выдумка обладает вполне реальной силой. Древний скульптор искренне верил в человека-льва, духа-хранителя племени. Среди шаманов попадаются шарлатаны, но большинство из них искренне верят в существование богов и демонов, а большинство миллионеров столь же искренне верят в существование криптовалют и компаний с ограниченной ответственностью. Правозащитники обычно верят в права человека, и, когда в 2011 году ООН потребовала от ливийского правительства соблюдения прав человека, их никто не воспринял как эфемерность, хотя и ООН, и Ливия, и права человека – всего лишь плод нашего сознания.
--
Олег Иванов - член партии Яблоко, Приморское отделение
Как показывают независимые расчёты, на протяжении миллиардов лет природа и затем общество развивались по определённым векторам в режиме ускорения, при экстраполяции выходит, что около середины XXI века скорость глобальных изменений должна устремиться к бесконечности.
Означает ли это, что обозримое будущее ознаменуется беспримерным по крутизне переломом в развитии человечества, биосферы и, возможно, космоса? Возможно, но решающим препятствием для этого могут стать не пределы управляемости физического мира, а самоубийственная неготовность разума совладать с растущим инструментальным могуществом.
Ход человеческой истории определили три революции. Началось с когнитивной 70 тысяч лет назад. Аграрная революция, произошедшая 12 тысяч лет назад, ускорила прогресс. Научная революция – ей всего-то 500 лет – сделала жизнь людей комфортнее, многократно увеличила их способность созидать, как в прочем, и разрушать, и способна с историей покончить.
Древние люди умели играть и любить, между ними складывались прочные отношения, они боролись за власть и статус, но так же вели себя и шимпанзе, бабуины, слоны. Люди не отличались от животных. Никто не мог бы предугадать, что их потомки пройдутся по Луне, расщепят атом, разгадают геном. За счёт чего слабый человек обогнал другие виды и стал хозяином на земле?
1. Люди по сравнению с другими животными имеют непропорционально большой мозг.
Больше мозг - больше затраты для тела. Носить нелегко, особенно вместе с массивным черепом. Еще труднее его прокормить. У Homo sapiens 2–3% веса приходится на мозг, но даже в состоянии покоя он потребляет до 25 % всей энергии. Люди дорого платили за него: тратили больше времени на поиски пищи, и у них слабели мышцы. Словно правительство, направляющее деньги на развитие образования, а не армии, люди отнимали энергию у мышц и отдавали ее нейронам, не лучшая стратегия для выживания в саванне. Ученый спор с человеком лев не выиграет, а вот разодрать на части может…
Но чем-то это было выгодно, иначе мозговитые не дали бы еще более мозговитое потомство.
2. Другая уникальная человеческая черта – прямохождение. Поднявшись с четверенек, удобнее обозревать саванну, высматривая добычу или врага. Освободившимися руками можно бросать камни или подавать сигналы сородичам. Чем больше функций привыкли выполнять руки, тем благоприятнее складывалась жизнь их обладателя, в результате человек научился создавать изощренные инструменты и пользоваться ими.
Как всегда, женщинам было тяжелее. Прямохождение сузило бедра, а значит, и родовые пути, в то время как головы младенцев увеличились. Смерть в родах сделалась основной опасностью. Женщины, рожавшие младенцев недоношенными, пока череп еще сравнительно невелик и мягок, имели больше шансов на выживание. Естественный отбор начал поощрять преждевременные роды. На фоне других животных младенцы рождаются «недопеченными». Жеребенок вскоре после рождения готов бежать рысью, а дитя человеческое еще много лет остается беспомощным, зависимым от старших, которые его кормят, защищают и обучают.
Всё это привело к развитию новых социальных свойств и проблем. Одинокая мать не может прокормить и себя и потомство. В деле воспитания требовалась помощь родичей и соседей. Вырастить человека способна только община. Эволюция благоприятствовала тем, кто научился формировать прочные социальные связи. Кроме того, поскольку дети появляются на свет менее развитыми, они в большей степени поддаются воспитанию и социализации, чем детёныши животных. Они выходят из материнского лона подобные глине – только формируй. Можно вырастить ребенка христианином или буддистом, приверженцем капитализма или социализма, войны или мира.
Важный шаг - приручение огня. Он служил надежным источником тепла и света и защитой от хищников.
Научившись готовить на костре, человек смог использовать новые виды продуктов, тратить меньше времени на еду, не нужен стал длинный кишечник. И длинный кишечник, и большой мозг требуют много энергии, а потому организму трудно содержать их обоих. Сократив длину кишечника и снизив потребление энергии, человек получил возможность «отрастить» те огромные мозги, которыми славится Homo sapiens.
Освоение огня создало пропасть между человеком и животными. Они зависят только от своего тела – от крепости мускулов, размера зубов, размаха крыльев, но не умеют управлять силами природы.
Люди получили управляемый и практически неограниченный ресурс. Сила огня не определяется мощью человеческого тела. Слабая женщина способна сжечь лес. Это был первый шаг к созданию атомной бомбы.
Какие ещё причины победоносных успехов сапиенса? Как мы ухитрились столь стремительно подняться? Споры не затихают. И в качестве самого вероятного ответа называют то, что делает возможным саму дискуссию. Homo sapiens покорил мир, потому что обладал таким инструментом, как язык.
Когнитивной революцией называется появление в период между 70 и 30 тысячами лет назад новых способов думать и общаться. В чем особенность обретенного человеком языка, почему с ним мы завоевали мир?
Это не первый язык на Земле. Свой язык есть у каждого вида животных. Даже насекомые, пчелы, муравьи довольно сложным образом общаются, информируя друг друга об источниках пищи. Многие животные общаются с помощью голосовых сигналов. Например, язык мартышек состоит из разнообразных возгласов. Зоологи сумели расшифровать некоторые из них: «Осторожно! Орел!», «Осторожно! Лев!». При первом обезьяны прекращали свои занятия и с тревогой смотрели в небо, при втором поспешно карабкались на деревья. Люди умели издавать более отчетливые звуки, но подобными способностями отличаются и дельфины. Так чем же так необычен наш язык?
Соединяя в различные комбинации небольшое количество звуков, мы можем сочинить неисчерпаемое количество предложений с самыми разными смыслами. Это значит, что мы можем воспринимать, хранить и передавать невероятное количество информации. Мартышка способна предупредить сородичей: «Осторожно! Лев!» – но человек может рассказать, что он видел льва утром возле излучины, лев гнался за зебрами, может уточнить подробности, какими путями подойти к месту, люди могут еще и посоветоваться, не прогнать ли им льва подальше от реки и не продолжить ли охоту на зебр самим.
Важнейшая информация касалась не львов и зебр, а самих людей. Язык, родился и из необходимости посплетничать. Человек – животное общественное. Мы выживаем и размножаемся благодаря постоянному взаимодействию. Людям важнее выяснить, кто в племени кого ненавидит, кто с кем спит, кто надежен, а на кого положиться нельзя.
Количество информации, чтобы разбираться в постоянно меняющихся отношениях растет по экспоненте. В группе из 50 человек насчитывается 1225 индивидуальных связей. Судачить у кого-нибудь за спиной не просто, эта склонность обычно подвергается осуждению, но она чрезвычайно важна для налаживания сотрудничества в больших коллективах. Надежная информация насчет того, кто заслуживает доверия, а кто нет, помогала маленьким группам объединяться в большие, и у людей развивались все более сложные формы сотрудничества.
Теория сплетен может показаться шуткой, но основную часть нашего общения – переписки по электронной почте, звонков, газетных колонок – составляют сплетни. Или вы думаете, что во время обеда историки обсуждают причины Второй мировой войны, а физики спорят о кварках? Чаще они сплетничают о профессоре, который разводится с женой, о ссоре зав. кафедры с деканом и о том, что коллега истратил научный грант на покупку «бумера». Сплетники являются предками четвертой власти – журналистов, которые предостерегают общество от тех или иных опасностей.
Однако, уникальность нашего языка заключается и в способности сообщать о таких вещах, которых мы никогда не видели, не слышали. Люди умеют обсуждать вещи гипотетические и даже противоречащие фактам.
Легенды, мифы, боги, религии. Благодаря когнитивной революции человек научился говорить что-то вроде: «Медведь – дух-хранитель нашего племени». Способность обсуждать вымысел – неотъемлимое свойство языка. Его обоснованно можно назвать и языком вымысла.
Сам факт, что только люди умеют говорить о несуществующем и готовы поверить в невероятное, бесспорен. Вы не уговорите мартышку поделиться с вами бананом, посулив ей сколько угодно бананов после смерти, в раю для мартышек. Но почему так важен вымысел? Ведь он вводит в заблуждение, отвлекает от реальности. Слушать сказки о героях древности, грезить об эльфах и единорогах, молиться несуществующим духам – не напрасная ли потеря времени, не лучше ли потратить драгоценные часы на добывание пищи, борьбу с врагами или совокупление? Разве, забивая себе голову фантазиями, человек не становится менее пригоден для жизни в реальном мире? Но язык вымысла позволил человеку не просто отдаться игре воображения, а делать это коллективно. Мы научились сплетать общую для всех мифологию: библейскую историю творения, сказания австралийских аборигенов о предначальных временах, националистические мифы современных государств. Общая мифология наделила людей способностью к гибкому сотрудничеству в больших коллективах. Муравьи и пчелы тоже сотрудничают огромными коллективами, но они это делают по жестким, раз и навсегда заданным правилам, притом лишь внутри своей «семьи». У шимпанзе сотрудничество строится на гораздо более гибких принципах, однако лишь с небольшим числом близко знакомых сородичей. Мы же способны легко кооперироваться с любым числом незнакомцев. Вот почему миром управляют люди, а муравьи подбирают наши объедки, а шимпанзе сидят в клетках зоопарков и научных лабораторий.
В стае шимпанзе существует иерархия. Главу мы называем альфа-самцом. Остальные выражают ему почтение, кланяясь и бормоча, точь-в-точь как подданные перед монархом. Альфа-самец поддерживает в своем царстве гармонию: если двое его подданных подерутся, он вмешается и прекратит безобразие. За общественно полезную деятельность альфа щедро вознаграждает себя лучшими кусками пищи и не подпускает к своим самкам конкурентов.
Когда два самца вступают в спор за доминирование, каждый формирует в стае группу приспешников обоих полов. Узы между членами коалиции скрепляются ежедневным интимным общением: объятиями, поглаживаниями, выкусыванием блох и т.д. Члены коалиции помогают друг другу в беде. Альфа-самец добивается верховенства благодаря своей более крупной и устойчивой коалиции.
Размер группы, которая может быть управляема одним самцом, ограничен: она функциональна лишь пока все ее члены хорошо знают друг друга. Два шимпанзе, впервые встретившись, никогда не ухаживавшие друг за другом не знают, можно ли доверять этому незнакомцу, стоит ли ему помогать и кто из них рангом выше. По мере того как число особей в группе приближается к критической величине, порядок нарушается, стая распадается, а часть ее членов формирует новую.
В естественных условиях группа шимпанзе насчитывает от 20 до 50 особей. Если она чересчур разрастается возникает нестабильность Исследователи описали затяжные войны между группами и даже явления «геноцида», когда одна группа систематически истребляет членов другой.
Подобным образом была устроена и жизнь древних людей. Социальный инстинкт побуждал заводить дружеские связи и устанавливать иерархию. Однако, как и у шимпанзе, это распространялись только на маленькую группу. Стоило группе слишком разрастись, как социальные связи в ней нарушались и она распадалась. Даже если какая-нибудь плодородная долина могла прокормить 500 человек, они не могли ужиться друг с другом: как бы они договорились, кому быть вожаком, кому где охотиться?
В результате когнитивной революции люди начали объединяться в более крупные и стабильные группы. Значительную роль тут сыграло умение сплетничать. Но и у сплетни есть свои ограничения. Социологические исследования показали, что предел «естественных» размеров группы, которую объединяет сплетня, – около 150 особей. Люди не могут сблизиться более чем со 150 представителями своего вида.
Даже сегодня критический порог для организационной деятельности человека ограничен примерно этим числом. В таких пределах компании, социальные сети, общественные организации и военные подразделения могут действовать на основе близкого знакомства. Нет надобности в формальной иерархии, званиях и правилах поддержания порядка. Рота из 100 человек может отлично функционировать благодаря своим внутренним связям, не нуждаясь во внешней дисциплине. Пользующийся уважением сержант становится «королем», и к нему прислушиваются даже офицеры. Семейный бизнес будет развиваться и процветать без совета директоров, и бухгалтерии.
Но стоит преодолеть порог в 150 человек, и прежние структуры перестанут работать. Невозможно управлять дивизией из тысяч солдат, словно ротой. Успешный семейный бизнес сталкивается с кризисом, когда разрастается и приходится нанимать сторонних сотрудников. Если в этот момент не удается перестроиться, компания разоряется.
Как же людям удалось создать города, в которых жили десятки тысяч людей, империи, которые насчитывали сотни миллионов? Тут-то и пригодился язык вымысла. Огромные массы незнакомых друг с другом людей способны к успешному сотрудничеству, если их объединяет миф.
Любое широкомасштабное человеческое сотрудничество – от современного государства до средневековой церкви, античного города и древнего племени – вырастает из общих мифов, из того, что существует в воображении людей. Два католика, в жизни друг друга не видевшие, могут вместе отправиться в крестовый поход или собирать средства на строительство госпиталя, потому что оба верят, что Бог воплотился в человеке и позволил себя распять, чтобы искупить наши грехи. Государства опираются на национальные мифы. Два незнакомых серба понимают друг друга, поскольку оба верят в общую историю сербского народа,. Корпорации выстраивают собственные экономические мифы. Два незнакомых сотрудника Google эффективно работают вместе, потому что их объединяет вера в материальность компании, ценность акций и покупательную способность доллара. Судебные системы живут за счет единых юридических условностей. Два незнакомых юриста найдут общий язык: оба верят в существование законов, справедливости и прав человека.
Но все это существует лишь внутри нарратива, который люди придумывают и рассказывают друг другу. В реальности нет богов, материальность наций, корпораций, денег, прав человека, законов, и справедливости живет лишь в коллективном воображении людей.
Первобытные племена скрепляли свой социальный строй верой в призраков и духов; они собирались в полнолуние на совместные ритульные пляски вокруг костра. Но мы склонны не замечать, что точно так же устроены наши современные организации. Взять корпоративный мир. Современные бизнесмены и юристы – могущественные шаманы. Вся разница между ними и их древними коллегами сводится к тому, что современные юристы рассказывают куда более странные истории.
Все это стало возможно благодаря развитию языка воображения: с его помощью мы представляем себе и описываем явления, существующие исключительно внутри наших представлений. И человеколев и компания Peugeot сделаны не из атомов, не из живых белков, а из вымысла. За века и тысячелетия люди научились сочинять чрезвычайно сложные сюжеты. В этой сети мифов фикции, подобные Peugeot, не только существуют, но и накапливают неслыханную мощь – они гораздо сильнее целой львиной стаи. Однако вне такой сети их существование невозможно. Если бы все люди утратили способность обсуждать то, чего не существует в реальности, компания Peugeot исчезла бы во мгновение ока, а с ней вместе биржи, религии, государства, деньги и права человека.
Такие явления, которые порождаются мифами и иными сюжетами, именуются «фикциями», «социальными конструктами» или «воображаемыми реальностями». Воображаемая реальность – вовсе не ложь. Солгать – значит сказать, что у реки рыщит лев, когда на самом деле ты знаешь, что его там нет. Сама по себе ложь – даже не привилегия людей. Мартышки тоже лгут: они испускают клич, предупреждающий о приближении льва, когда никакого льва нет и в помине. Отпугнув таким образом сородича, только-только подобравшегося к банану, лжец завладевает лакомством.
В отличие от лжи, воображаемая реальность есть то, во что верят все, и пока эта общая вера сохраняется, выдумка обладает вполне реальной силой. Древний скульптор искренне верил в человека-льва, духа-хранителя племени. Среди шаманов попадаются шарлатаны, но большинство из них искренне верят в существование богов и демонов, а большинство миллионеров столь же искренне верят в существование криптовалют и компаний с ограниченной ответственностью. Правозащитники обычно верят в права человека, и, когда в 2011 году ООН потребовала от ливийского правительства соблюдения прав человека, их никто не воспринял как эфемерность, хотя и ООН, и Ливия, и права человека – всего лишь плод нашего сознания.
--
Олег Иванов - член партии Яблоко, Приморское отделение
